Кейс: как проекторы Abira создали хрупкий мир спектакля «Лицо сестры в сиянии стекла»

Спектакль «Лицо сестры в сиянии стекла» в петербургском театре «Суббота» — это не просто новая интерпретация знаменитой «Стеклянного зверинца» Теннесси Уильямса. Это визуальная поэма, где технологии становятся полноправным соавтором режиссера Андрея Сидельникова. Ключевую роль в создании этой пронзительной атмосферы хрупкости, памяти и надвигающейся катастрофы сыграли проекторы AB-D90ZL с объективами AB-DL197.

Экран как граница между мирами

С самого начала зритель сталкивается с главным пространственным решением: сцена перегорожена полупрозрачным экраном, расположенным у самого первого ряда. Эта преграда — не просто декорация, это метафора. Она олицетворяет саму природу воспоминаний главного героя Тома — они зыбки, призрачны, их нельзя потрогать. Актеры за этим экраном видятся как тени, их голоса доносятся через микрофоны, усиливая эффект отстраненности и работы памяти.

Именно здесь на помощь приходят проекторы Abira. Их задача была тонкой и сложной: обеспечить высокую яркость и четкость изображения, чтобы видеоконтент был виден сквозь полупрозрачную ткань, но при этом не «пробивал» ее насквозь, сохраняя таинственность происходящего за ней.

Второй, главный экран на арьерсцене становится окном в внутренний мир Лауры. Видеохудожник Максим Баскаков создал для него контент, который является прямой визуализацией «стеклянного зверинца». Миниатюрные фигурки животных оживали не в привычном материальном мире, а в сиянии проектора.

Кульминационный момент спектакля — громкое и неожиданное падение первого, полупрозрачного экрана. Это не просто эффектный жест. Это рубеж, после которого воспоминания перестают быть безопасными, а прошлое обрушивается в настоящее с необратимостью трагедии. И здесь видеоконтент, проецируемый на задний экран, меняется. Идиллическая сказка «разлетается на осколки цветного стекла». Чтобы создать этот эффект разрушения, требовалась высокая частота кадров и точная цветопередача проекторов Abira. Визуальный взрыв должен был быть резким, быстрым и визуально шокирующим, чтобы эмоционально синхронизироваться с падением физического экрана.

Теннесси Уильямс в своих ремарках настаивал на использовании приемов, которые придают действию «сверхобъём» — поэтическую многомерность, выходящую за рамки бытового реализма. Режиссер Андрей Сидельников и его команда нашли точный эквивалент этому требованию.

Проекторы Abira стали тем инструментом, который позволил наслаивать пласты реальности:

• Пласт первый: реальность актеров за полупрозрачным экраном (призрачная).
• Пласт второй: видеопроекция на этот экран (воспоминания, лица).
• Пласт третий: огромный, погружающий мир «стеклянного зверинца» на заднем экране (внутренний мир Лауры).
Это наложение создавало тот самый «сверхобъём», делая сценографию не фоном, а активным участником драмы.

Заключение

В спектакле «Лицо сестры в сиянии стекла» проекторы Abira — это не просто аппаратура для показа картинки. Это кисть, которой режиссер и видеохудожник рисуют на холсте сцены. Они материализуют хрупкость стекла и несбыточность мечты, усиливают травму разрушения и дают зрителю возможность увидеть мир глазами Лауры — сияющий, идеальный, но до обидного легко бьющийся. Этот спектакль — блестящий пример того, как современные технологии, будучи в умелых руках, могут служить не для пустого эффекта, а для глубокого раскрытия классического текста.

Источник: www.abira.ru